Автор — Константин Рониньо

Когда меня спрашивают, чем занимаюсь или кем работаю, я часто испытываю некоторое затруднение с ответом. Я, конечно, занимаюсь многими делами, например, пишу, фотографирую, путешествую. Но всё же основная работа, которую я делаю последние 14 лет, заключается в другом. О ней я чаще всего хочу что-то сказать людям. Но когда я произношу: «я занимаюсь организацией и проведением открытых экспедиций», или «работаю проводником в мир латиноамериканского шаманизма», это звучит интересно, но не многое проясняет.

Попытаюсь объяснить. Я знаю аутентичных (настоящих) шаманов в Перу, в Амазонии, в Мексике, которые готовы проводить церемонии для иностранцев. Я могу организовать путешествие к ним для группы людей или одиночек, организовать перемещение по стране, размещение, питание, посещение красивых мест и, конечно, сами шаманские церемонии. Могу выбрать подходящее место, время, выбрать шамана, который подходит для конкретной работы и находится в данный момент в хорошей форме и настроении. Есть ещё всякие детали организационной работы, которая в целом многим понятна и не особенно сложна. Но если бы суть моей деятельности была только в этом, это не сильно отличалось бы от работы огромного множества туристических фирм. Конечно, не трудно догадаться, что когда речь идёт о путешествии к шаманам, и не просто чтобы с ними поговорить, а к шаманам на церемонии с глубоким трансовым погружением, у проводника должна быть ещё какая-та психологическая или даже, возможно, шаманская работа. Как ни странно, об этом догадываются не все, учитывая сколько тур-компаний, не имеющих ни малейшего представления об этой теме, включили заезды к каким-то «шаманам» в свои программы. И не только тур-компании. Множество дилетантов — одиночек рвутся организовывать подобные поездки, подвергая опасностей людей. Но не будем о грустном.

Те, кто читал мои предыдущие статьи, интервью или книгу, знают, что настоящих шаманов совсем не много. И важно не только то, что их количественно мало. Еще важнее, что их катастрофически мало среди тех, кто называет себя шаманами. Плюс с каждым годом первых становится все меньше, а вторых все больше. На данном этапе можно уже говорить, что аутентичных шаманов осталось меньше одного процента от общего числа. Почему настоящих шаманов становится меньше? Во-первых, они умирают. Большинство шаманов находится в преклонном возрасте. Во-вторых, они перестают быть шаманами под влиянием цивилизации. Какое-то время они ещё смогут продолжать активно работать с иностранцами, но потеря шаманской силы так или иначе даст о себе знать. Не все аутентичные шаманы могут этому сопротивляться. Почему псевдо-шаманов становится больше? Потому что, если ты был на церемониях у такого рода «шаманов» или недоученных шаманов, у тебя складывается впечатление, что это совсем простая работа и её каждый может делать. Таким образом, псевдо-шаманы множатся со скоростью кроликов. Образуются целые огромные сообщества «шаманов», которые настоящих шаманов даже никогда не видели. И нужно понять, что люди могут совершенно искренне приезжать к кому-то в Амазонию, сидеть в каких-то шаманских центрах по полгода и думать, что они учатся шаманизму. При этом у них, конечно, тоже идут какие-то сложные психологические процессы. Ведь они принимают отвары из растений силы, находятся почти в джунглях. Это всё даёт опыт. Но до настоящего шаманизма это очень далеко. Сейчас появилось много шаманских центров. Среди них есть более известные (раскрученные). Поскольку я здесь живу и работаю давно, об истории их образования знаю многое, знаю организаторов, знаю цену «шаманам», работающим там. Но сейчас я не планирую углубляться в эту тему.

Остановимся на том, что проводник должен знать настоящих шаманов и точно понимать, к кому из них в конкретный период стоит ехать. Шаманы, как и все люди, имеют свои жизненные циклы, взлёты и падения, они могут болеть или переживать какую-то жизненную драму, они могут терять силу или набирать её. Проводник должен быть с ними в контакте. Для некоторых это прозвучит странно. Но он должен уметь даже на расстоянии чувствовать шаманов. В мире шаманизма это один из навыков, который развивают в церемониях. Если ты проводник в мир шаманизма, что-то (а лучше больше) из шаманских способностей ты должен в себе развить. Ещё и потому, что шаманам иногда нужно помогать в церемониях. Бывают разные ситуации. Со мной это происходило постепенно. По мере вхождения в мир шаманов я всё больше вовлекался в работу внутри церемоний. А поскольку церемоний я прошёл много, то времени для этого у меня было достаточно. Конечно, для того, чтобы в церемонии быть не пациентом или познающим самого себя, а перейти к пониманию и освоению работы шамана, нужно иметь особый дар. Мне с этим в общем повезло. Дар мне достался от предков. А недостача усердия компенсировалась годами практики. Когда проходишь более тысячи шаманских церемоний с настоящими шаманами, продвижение будет. А если эти церемонии ты проходишь с группами людей, за которых ты отвечаешь перед шаманами и высшими силами, то складывается особая обучающая ситуация.

Если коротко описать суть того, чем я занимаюсь, я бы назвал это работой с людьми. Это особая психологическая работа до церемоний и после них. Во время церемоний я тоже продолжаю работать. Но эта часть уже близка к шаманской работе, и объяснить это людям, не проходившим церемонии, будет совсем трудно. В шаманских церемониях работа ведётся безмолвно или через шаманскую песню (икаро). Пожалуй, на этом описании пока остановимся. До церемоний и после них происходит общение и совместные действия. И то и другое — интенсивная среда для работы. Но написать про общение будет проще. Каждому человеку нужно сказать именно для него конкретно правильные слова перед церемонией. Иногда это делается мимоходом, между прочим или за едой. Это может выглядеть как отвлечённая беседа. Но если ты уже взялся за такое дело, то просто болтовни в работе с людьми не бывает. Любой разговор, даже на отвлечённую тему, должен прояснять какие-то аспекты шаманского путешествия или выявлять какие-то проблемы, с которыми человеку предстоит работать на церемониях. Ну а после того, как начались церемонии, интенсивность работы и осознавания процессов увеличивается в разы. Кому-то будет после первой церемонии классно, кому-то тяжело, кто-то будет находиться в замешательстве. Для каждого человека нужно подобрать только ему необходимые слова. Другие их тоже могут слышать. Но важно, чтобы услышал тот, кому они адресованы. И не только слова.

Внутреннее состояние проводника говорит больше всяких слов. Чем дальше вы идёте, чем больше церемоний проходите, тем больше вы видите и понимаете без слов. Вас начинают учить ситуации, природа, разные места, наблюдение за людьми. Когда вы пребываете в состоянии повышенного осознания (а это происходит не только на церемониях, но и после них), вы начинаете очень интенсивно учиться и решать проблемы, которые раньше годами не разрешались. И в этом процессе проводник берёт многое на себя. Это происходит на самих церемониях, как часть обучения шаманизму, но потом переносится в жизнь. Иногда просто огромная часть душевной тяжести от разных людей ложится на тебя. И от этого не убежишь. Это часть работы. Ты должен эффективно помочь людям преодолеть их проблемы. Иначе так и будешь носить их в себе. И если ты где-то что-то пропустил, отвлёкся, не заметил, вполне конкретные болезни входят уже в тебя. В шаманском мире это обычное дело. Пока не разобрался, не осознал, будешь болеть.

Из этого опыта выносишь ещё один важный урок: некоторых людей в экспедиции лучше не брать. Излишнюю тяжесть взваливать на себя и на шаманов не стоит. Это не о болезнях. Это, прежде всего, о душевной грязи. У меня есть большой список людей, которых я никогда не беру в экспедиции. И он пополняется. Да и людям, участникам экспедиций, тоже важно оказаться в правильной компании. Как определить, что какого-то человека не нужно брать в экспедицию? Гораздо проще, когда ты его хорошо знаешь. Но иногда тебе пишет человек из другой страны, и ты его никогда не видел и не слышал. В этом случае подсказывает опыт. По манере и содержанию письма можно многое понять.. Кроме того, срабатывает просто интуиция. Или не просто. Интуиция — это то, самое главное, на чём держится вся моя работа. Огромное множество решений принимаются интуитивно.

А дальше самое главное. У человека, ведущего такую работу, должна быть направленность на высшее, чувство связи с чем-то высшим (не буду это обозначать конкретными терминами). Должно быть постоянное намерение на поддержание связи с этим высшим и соизмерение всех своих действий и особенно ключевых решений с этой связью. Иначе говоря, необходимо избегать действий, которые ослабят или прервут эту связь, и стараться делать то, что способствует ее укреплению и развитию. Этому принципу я следую в своей жизни. К такому пониманию меня привёл опыт медитаций, всевозможных практик, которые я совершаю с 13 лет, и, конечно, шаманские церемонии.

Быть в хорошем смысле мистиком необходимо для этой работы. Но при этом очень важно не путать реальное с воображаемым, что характерно для многих «эзотериков» и «психологов». Реальный опыт человека может быть фантастичен. Но у него всегда есть чёткие критерии отличия от воображаемого. А люди в основной своей массе склонны обманывать себя. Поэтому предельная трезвость и ясность очень важна для того, кто вводит их в мир шаманизма. Иначе это будет просто путь к неадекватности. Казалось бы всё так просто. Но очень не многие при трансовых погружениях могут соблюдать эти принципы. И этому, к сожалению, далеко не всех можно научить. Чтобы быть настоящим проводником, также как и настоящим шаманом, нужен особый дар.

Каковы итоги моей работы проводником. Большая часть участников возвращается в шаманские экспедиции. Больше половины из них возвращаются многократно. Люди чувствуют свой внутренний результат. Часто он вполне заметен и понятен окружающим. Часто люди не до конца понимают, что и как способствовало этой трансформации, но интуитивно их тянет продолжить работу над собой, очищение, лечение, практику. И дальше работа переходит на новые уровни, в зависимости от того, к чему пришёл человек, и какой у него период в жизни. Конечно, этот путь подходит не всем. Но для тех, кому он подошел, этот путь прямой и светлый.